Смерть существует только в угоду жизни, состоя при ней на бессменной службе.
Генри Миллер

О смерти нельзя говорить отдельно от жизни: отдельно друг от друга то и другое смысла не имеет.
Смерть – это факт жизни
Ялом

Во все времена идея смерти представляла собою вечное таинство, которое является сущностью некоторых наиболее значительных религий и философских систем. Мы все на уровне знания имеем представление о том, что собой являет феномен смерти, но это знание не очень сильно влияет на нашу жизнь. Чтобы понятие смерти, а вместе с ним жизни, приобрело личностный смысл должно произойти что-то, возможно, опыт близкой смерти, непосредственное ощущение близости границы.

Я пережила опыт смерти близкого человека. Много лет рядом с Мамой, близко. Даже слишком близко. Когда я была маленькой, было первое понимание смерти.

-«Мама, а ты умрешь?»

-«Да.»

И страх, страх, ужас, который полностью парализовал: как же я без Мамы? Мне уже 49 лет. Вдруг моя Мама не смогла идти, упала…Мысль – умерла – и страх, ужас ребенка никуда не ушел, он здесь. И крик – Мама, Мама!!! Я, наверное, своим криком не дала ей умереть сразу. А может быть, это было предопределено.

Моя Мама была атеисткой. Время было такое. Она была парторгом. Преподавала в школе химию и биологию. Естественные науки. Где нет места Богу. Не разрешали. Маленький поселок. Все на виду. После Пасхи директор и парторг стояли у дверей школы и проверяли руки учеников и если руку были в краске, (а окрашенные яйца символ Веры), громко позорили, отправляли домой. В Бога верить было стыдно – ведь только неграмотные старушки могут верить в такую чушь. Последние лет десять Мама носила крестик, я покупала ей иконы, книги. Как страшно и тяжело умирала моя Мама! В последние дни, когда она уже не говорила, а только кричала, я спрашивала:

- «Тебе больно? Сделать укол?».

Она отрицательно качала головой.

- «Мама, что же ты кричишь? Тебе страшно?».

И она согласно кивала.

Я помню эти глаза – глаза испуганной девчонки, совсем не восьмидесятилетней женщины. Сначала я очень боялась, что смерть заберет мою Маму, а затем молила Бога послать смерть и прекратить муки Мамы и всей нашей семьи.

Людмила Улицкая в своей книге «Казус Кукоцкого» описывает совершенно другую смерть. Первая тетрадь Елены.

«Еще я помню, как умирала бабушка. Как это бывает с праведниками, она знала заранее о дне своей кончины… Бабушке было сильно за восемьдесят… Последние дни она глаз не открывала. Но ее лицо не было бессознательным. Напротив, внимательное лицо человека, занятого важным и ответственным делом. Накануне ее кончины зашла молоденькая соседка, попросила рюмки – у нее был день рождения… Говорила она довольно громко, и восторги ее по поводу этой стеклянной красоты были очень неуместны- в этой же комнате лежала умирающая бабушка… И тут вдруг ясным и довольно звучным голосом бабушка, глаз не открывая, произнесла совершенно сознательно и даже строго: -Деточка, ты мне мешаешь… Две недели она не разговаривала, а три последних дня была, как нам казалось, без сознания… Не знаю, в чем мы ей помешали, от какого такого важного занятия оторвали… А еще через сутки, на закате солнца, когда все мы сидели за столом, вдруг раздался ее ясный и громкий голос из недельного забытия :- Двери! Двери!

И Василиса кинулась по длинному коридору к входной двери – открывать. Щелкнула замком, распахнула дверь. И тут же воздушный ток пронесся от открытой форточки к входной двери, легкий холодный сквознячок тронул на лету Василису… Я обернулась к бабушке. Она выдохнула – и больше не вздохнула. Сквозняк как будто метнулся, возвращаясь. Сама собой захлопнулась входная дверь, распахнувшаяся форточка дернулась. Солнечный зайчик метнулся от бабушкиного лица к качнувшемуся стеклу. Он был плотен, этот золотой сгусток, он мелькнул на вымытом стекле, и раздался хлопок форточки и легкий звон треснувшего стекла.

Смерть была тишайшая. Это была она, «христианская кончина, мирная, безболезненная и нестыдная» Но я тогда не знала, что это так называется.»

Смерть - это некоторая тайна, ее нельзя разложить на составляющие и постичь рациональными способами. Смерть индивидуальна, она у каждого своя. Но почему она такая разная? Как надо жить, чтобы умереть достойно?

Экзистенциальный смысл экстремальной ситуации, (для меня это тяжелая смерть Мамы), выражается в возможности личностного, духовного роста, в понимании ценности жизни. Опыт смерти явился для меня толчком к дальнейшему развития самосознания, пониманию, что жизнь это «возможность возможности», пока человек жив, он обладает возможностью изменить всю свою жизнь, до того, как наступит конец.

Вся жизнь- это приготовление к осознанию собственной смерти. Единственным сокровищем, которое человек может забрать с собой на тот берег, является сознание. Развивая сознание, оттачивая осознанность, стремлюсь к высшему. Разве можно прийти к Богу иным путем? Бог — это ярчайший свет, вершина всего сущего, цвет жизни.

Яценко Ольга руководитель  программы "Круг Женской силы"